Все, что тебе нужно знать о платьях!
Проект / Авторы / Фотогалереи / Добро / Энциклопедия о России / История России / Русская литература

Мир полон потрясающей продукции. Но в нем не хватает потрясающих бизнесменов. Роберт Кийосаки


Этих книг нет в магазинах!

Недорого купить антикварные книги

Чулки и колготки из Англии

Учеба и образование в Англии

  


Яндекс.Погода

Лариса Семеновна Латынина

(родилась в 1934 году)

Абсолютная олимпийская чемпионка 1956 и 1960 годов по гимнастике. Завоевала олимпийское первенство в вольных упражнениях (1956, 1960 и 1964 годы), в опорных прыжках (1956 год). Входила в команду гимнасток СССР, выигрывавшую олимпийское первенство в 1956, 1960 и 1964 годах. Получила 9 золотых, 5 серебряных (многоборье - 1964 год, брусья - 1956 и 1960 годы, бревно - 1960 год, опорный прыжок - 1964 год) и 4 бронзовые (командные вольные упражнения с предметами - 1956 год, опорный прыжок - 1960 год, брусья и бревно - 1964 год) олимпийские педали. Чемпионка мира 1958 и 1962 годов в многоборье, а также в упражнениях на брусьях, опорном прыжке (1958 год) и вольных упражнениях (1962 год). Чемпионка мира 1954, 1958 и 1962 годов в командных соревнованиях. Чемпионка Европы 1957 и 1961 годов в многоборье, вольных упражнениях (1957 и 1961 годы), в опорном прыжке, упражнениях на брусьях и на бревне (1957 год). Многократная чемпионка СССР. Тренер олимпийской команды гимнасток в 1968, 1972 и 1976 годах. Заслуженный тренер СССР (1972 год).


Латынина - самая титулованная спортсменка планеты! Выиграла 18 олимпийских наград, из которых 9 золотые, 5 серебряные, 4 бронзовые. Двукратная абсолютная чемпионка Олимпиады, мира, Европы и СССР.

 

Только Латынина и Турищева трижды становились чемпионками Игр в команде, Лариса еще трижды - в вольных упражнениях. Она могла стать трижды абсолютной чемпионкой, но чуть уступила на Олимпиаде-64 Вере Чаславской из Чехословакии.

Лариса Семеновна Латынина родилась 27 декабря 1934 года. Она росла в послевоенном Херсоне без отца. Имя ее звучало тогда иначе - Лариса Дирий. В раннем детстве Лариса занималась в хореографическом кружке. У нее была мечта - стать балериной. Но потом хореографический кружок закрылся, а никаких других хореографических школ или студий в Херсоне не было. Как-то раз она увидела, что девочки в гимнастическом зале выполняют упражнения под музыку. Ларисе показалось, что это очень похоже на балет, и она попросилась, чтобы ее взяли в гимнастическую секцию.

Будущая чемпионка начала заниматься гимнастикой в пятом классе. Ее первым тренером был Михаил Афанасьевич Сотниченко. В 1949 году она выполнила второй разряд. На всю жизнь запомнились ей одни из первых соревнований в Харькове, где Лариса впервые встретилась с Ритой Петровой (Николаевой), ставшей позднее чемпионкой Олимпийских игр в Риме. В Харькове они вели упорную борьбу за первое место, и победила Рита.

В 1950 году Дирий выполнила первый разряд, в Киеве обыграла Петрову и в составе сборной команды школьников Украины отправилась на всесоюзное первенство в Казань. Однако в столице Татарии она выступила неудачно - получила ноль на перекладине - и долго переживала: подвела команду. После той неудачи Лариса тренировалась по два раза в день. Осенью они перешли с Михаилом Афанасьевичем к работе над мастерской программой.

И вот наступил день, когда во Львове на украинских соревнованиях школьников Лариса, наконец, выполнила эту норму. Впервые в жизни она добилась ощутимого успеха, узнала непередаваемую радость свершения, поверила, что многое сможет сделать в спорте. На городском стадионе в Херсоне Дирий торжественно вручили значок и удостоверение. Она стала первым мастером спорта в родном городе.

Выступая уже по обновленной программе на взрослом первенстве республики в Харькове, Лариса заняла четвертое место. В шестнадцать лет ей удалось стать четвертой на Украине, республике, лидирующей тогда в советской гимнастике. Ей посыпались заманчивые предложения переехать в другой город. Она эти предложения не обдумывала: у нее и не рождалось мыслей о том, чтобы покинуть Херсон. Потом Лариса узнала, что звонили маме, говорили и с Михаилом Афанасьевичем. Но ответы были единодушными и категоричными: дайте девочке окончить школу. Старое требование: "Учись не хуже, чем другие", - продолжало действовать, сколько бы времени ни занимали тренировки, поездки на соревнования и сборы. Впереди был и девятый, и десятый классы. Девятый класс Дирий закончила на "отлично".

В 1954 году Лариса поступила в политехнический институт. Но поняла, что ошиблась, и перешла в следующем году в Киевский инфизкульт. В июне 1954 года Дирий поехала в составе сборной СССР в Рим на очередной тринадцатый чемпионат мира. Наша команда победила в трудной борьбе. Лариса не смогла ровно пройти все снаряды и осталась в многоборье далеко за чертой призеров. Другое дело вольные. Известный немецкий гимнаст Г. Дикхут написал: "То, что продемонстрировала нам юная Лариса Дирий, мы видим очень редко... Это была чистейшая акробатическая работа, в которой проявилась и отменная балетная школа, и чудесное музыкальное чутье, что обеспечивает гармонию в сложных упражнениях. Это образцовая демонстрация мастерства международного класса". Так она впервые стала чемпионкой мира.

"Найти свой стиль, найти себя в гимнастике, - напишет позднее в своей книге "Равновесие" Лариса Семеновна, - вот чего я больше всего хотела в тот год, что отделял нас от Мельбурна. Да, раньше мне не приходилось всерьез думать об этом, надо было надежно овладеть необходимым запасом движений, разучить множество элементов. Ну а дальше... "Играй так, чтобы я не видел, что заучено". Мне очень хотелось добиться этого: для зрителя легкость, грациозность, непринужденность, а все тяжелое, вся черновая работа, пот, слезы, стертые ладошки - все это осталось в тренировочном зале. Сила, ловкость, смелость - без этого нет спортивной гимнастики, но все это должно находиться в одном органичном сплаве, а не бросаться в глаза, не ошеломлять".

В Киеве Лариса тренировалась у Мишакова. Семеныч учил своих подопечных думать, самостоятельно решать что-то на каждой трени.ровке. Впрочем, импровизацию он признавал тогда в очень определенных границах. "Ты сначала выучи, повтори, а потом уже жди искры Божьей", - говорил он. На похвалу Мишаков был очень скуп. Он вглядывался, щурился и редко улыбался. В марте 1956 года Лариса выиграла в Киеве крупные международные соревнования и у Тамары Маниной, и у Сони Муратовой, и у Гали Шамрай. Позади были и Ева Босакова, и Агнеш Келети. Кроме многоборья Лариса победила и на трех снарядах. Но Семеныч остался недоволен: надо было выиграть у Босаковой вольные упражнения!

И вот наступило 3 декабря 1956 года - открытие соревнований по гимнастике в олимпийском Мельбурне. Из команды пятьдесят четвертого года осталось трое: С. Муратова, Т. Манина, Л. Латынина.

Перед днем отдыха сборная СССР вышла на первое место и выигрывала больше балла. В многоборье на первом месте шла румынка Елена Леуштяну, на втором месте Соня Муратова, на третьем Лариса. Лидеров разделяли тысячные доли баллов. Лариса, как ни странно, не волновалась. А почему? "Третье место - это очень хорошо для тебя, - сказал ей тонкий психолог Мишаков, - но надо еще удержаться". И она думала, как удержаться.

Еще один отрывок из книги "Равновесие": "Сделай все, как уже делала", - повторяла я себе перед прыжком. Не знаю, был ли это высокий автоматизм навыка, как мне говорили потом, или что-то другое, но из всего прыжка я помнила только приземление в доскок. То, что оценка была самой высокой за весь день, я узнала позже. Также позже, когда отпрыгали уже все участницы, стало ясно, что у меня золотая, а у Тамары серебряная олимпийская медаль. В Мельбурне мы последний раз оспаривали медали за упражнения одновременно с борьбой за звание абсолютного чемпиона.

И надо сказать, что при этой системе я не очень-то полно ощутила первую победу. Но вот прошли вольные, и у Агнеш Келети, и у меня наибольшие и равные суммы. Этой победе я радовалась тогда еще безотчетно, а потом уже осознавала ее как личное достижение, как преимущество стиля.

Видимо, в эти часы я поверила в себя, после перерыва на брусьях выступала легко, спокойно и получила самую высокую за все дни в Мельбурне оценку у женщин - 9,6. Это же дало мне в сумме второе место за Келети и серебряную медаль. Теперь во второй половине дня мы поменялись местами: Агнеш кончила выступать, а я вела своеобразную гонку преследования. Впрочем, я должна совершенно откровенно сказать, что понятно мне это стало только перед последним снарядом. Мне достаточно было бы получить 9 баллов, и я становилась абсолютной чемпионкой Олимпийских игр. Соне для этого потребовалось бы 9,5, а Тамаре по мельбурнским меркам надо было получить совсем фантастическую оценку - 9,8. Итак, реальнее всего было решить задачу мне. Но... разве не считала такой же нереальной свою задачу в Риме Келети? Я знала, что сейчас за нами следят венгерские гимнастки так же, как мы когда-то следили за прыжками Агнеш. Ждали ли они случайностей? Возможно, если бы не было случайностей, неожиданностей, спорт не был бы спортом, гимнастика не была бы гимнастикой.

Итак, равновесие на бревне. Вот это был тот момент XVI Олимпийских игр, когда спокойствие покинуло меня. Сначала я чувствовала себя на бревне одеревеневшим манекеном, а потом, когда движения все же обрели легкость, думала: не сорваться, не сорваться. Это очень плохой рефрен. Под него забываешь обо всем другом. Ну может ли актер... зажечь зрителя, если во время монолога он повторяет про себя: "Не забыть, не забыть". Он-то не забудет, но его быстро забудут. После Мельбурна мне удалось от такого рефрена избавиться. Казалось, не полторы минуты, а полтора часа прошло, пока я не соскочила с бревна. Вот и оценка. Я не успеваю еще воспринять ее, но понимаю, коль меня целуют и обнимают и Лина и Лида и бегут ко мне все девочки, - победа!

Победа. Я - абсолютная чемпионка Олимпийских игр. Но я еще не очень-то хорошо понимаю, что произошло. В молодые годы весь спорт радость, и победы кажутся естественными, они просто большая радость. Помню, что в этот момент ко мне подошел Вадим Синявский, и поздравлял меня, и подносил микрофон, помню, как я просила передать мою благодарность на родину Михаилу Афанасьевичу, помню, как я обнимала Семеныча, а он качал головой. Помню, что уже в раздевалке ко мне подбежала Вильма. Маленькая итальянка смеялась и показывала на игрушечные тапочки, твердо уверенная, что принесли мне счастье именно они. Я одарила ее единственным оставшимся у меня сувениром - пакетиком с марками. Потом мы поменялись гимнастическими тапочками, и получать награду я шла уже в итальянских".

Очередным свидетельством высочайшего уровня мастерства Латыниной явился первый чемпионат Европы, собравший фактически всех сильнейших гимнасток. Лариса лидировала, с первого же упражнения добилась убедительной победы в многоборье и отдельных упражнениях.

В декабре 1957 года Латынина проиграла первенство СССР Муратовой. Но не это беспокоило Ларису. Она ждала ребенка. Ей попался удивительный доктор. Седой профессор порекомендовал ей продолжать выступать в соревнованиях! В июле 1958 года Латынина как ни в чем не бывало выступила на первенстве мира! Девочка, которую назвали Татьяной, родилась в срок и здоровой. Первенство мира 1958 года проводилось в Москве. Выступать в родных стенах приятно. Однако приятно не значит легко. Советская команда имела достаточно сильный и стабильный состав, чтобы при поддержке многочисленной аудитории выступить уверенно. Коллективом-соперником на этом первенстве стала команда чехословацких гимнасток.

В командной борьбе наш коллектив добился заметного преимущества. Еще до начала чемпионата специалисты считали, что практически борьбу за личное первенство поведут советские гимнастки и Ева Босакова. Победила беременная Латынина. Да как! Она не только первенствовала в многоборье, но и взяла "золото" в опорном прыжке и на брусьях.

После рождения ребенка многим казалось, что Лариса уже не сможет одерживать победы на гимнастической арене. В нового лидера советской гимнастики стали прочить Полину Астахову. Конечно, Астахова была отлично подготовлена. За годы тренировок со своим неизменным учителем Владимиром Александровичем Смирновым она добилась своеобразного гимнастического почерка, легкости, изящества, лиричности движений. Возможно, многое дали ей юношеские занятия художественной гимнастикой. Но главное - труд, огромный труд, выдержка, феноменальная для женщин.

"Сейчас, когда я возвращаюсь к играм в Риме, я отчетливо понимаю, - вспоминала Лариса Латынина, - что рассказать о наших соревнованиях там и не рассказать о моем поединке с Линой просто невозможно. Прошло больше десяти лет с тех пор. Десятки раз после этого мы выступали вместе, и жили под одной крышей, и делились горестями и радостями, и стали хорошими подругами. Тогда между нами, не по нашей вине, пробежала змейкой трещина, которая не стала, к счастью, ни ямой, ни пропастью. Можно было бы поэтому о ней не говорить, можно было бы все отнести за счет того, что такие ситуации в спорте неизбежны. И так и так я не погрешила бы против истины. И все-таки здесь я ничего не хочу оставлять недоговоренным или завуалированным. Я знаю, что это не обидит Лину: в нашем споре мы обе были правы. Как это было?

Мы начали с прыжков. Лучшая оценка у Сони - 9,566. У меня 9,533. Лина получает 9,466. После второго вида, где Лина, блестяще выполнив на брусьях всю комбинацию, получает 9,8, а я 9,7, она становится лидером. Ни до Рима, ни в Риме, ни после Рима я никогда не занималась во время соревнований подсчетами и своих и чужих оценок. Если Семеныч и планировал что-то для себя, он показывал мне все записи после соревнований: сошлось, не сошлось. Но когда назвали сумму лидера и следующую мою, считать было нечего - я проигрывала тридцать три тысячных. И очень спокойно я отправилась выступать на бревне. Здесь меня "шатнуло", и совершенно справедливо последовали "сбавки" и результат 9,366.

Отличное выступление Лины - 9,5. После того как за вольные мы получили равные оценки, выяснилось, что Астахова впереди меня на 177 тысячных, почти на две десятых. Много это или мало? Тогда утром я посчитала, что это мало. Об этом придется говорить не раз. Почти всегда вопрос риторичен, а истина - конкретна. Конечно, приятнее было бы быть первой сразу же, как в Москве, но я ведь помнила и Мельбурн, где закончила обязательную программу отнюдь не лидером. Мы доехали до деревни, переоделись и пошли с Лидой Ивановой, которую тоже изрядно качнуло на бревне, обедать.

В столовой я услышала разговор о том, что медаль абсолютной чемпионки, безусловно, выиграет Астахова. Затем эти разговоры, а на следующий день и статьи в газетах стали надвигаться на меня увеличивающимся снежным комом. И тогда и сейчас я хорошо понимаю, что сама Полина к ним никакого отношения не имела и иметь не могла. Но и тогда и сейчас я понимала и понимаю, что во многом эти разговоры шли от людей, которым почему-то хотелось быстрее утвердить нового лидера. Лидер в спорте утверждается сам. Искусственный путь здесь - селекция, при которой режут по живому. Самим селекционерам при этом не больно, и они не хотят ждать ни дня, ни минуты. А ведь спешка не идет на пользу и тому, для кого так стараются. И не раз после Рима и сейчас, став тренером сборной команды страны, я наблюдаю такие ситуации. И всегда говорю одно и то же: погодите, ведь есть надежный критерий. Вот на этот-то вопрос, кто сильней, спорт ответит сам, отлично, безошибочно. Для того, наверное, соревнования и придумали, чтобы выяснить, "кто есть кто", не умозрительно, а в очном споре.

Мы выступали вечером, и был еще целый день тревог. Команда сильнейшая, говорили про нас, им не нужно беспокоиться. Действительно, у чешских гимнасток мы выигрывали больше четырех баллов.

И опять прыжки. На помост я выскочила мячиком. Думаете, разучилась соревноваться? Моя оценка 9,433, и я отыгрываю в одном виде у Лины почти все, что она накопила за первый день. Но следующий вид - брусья, где Полина была тогда, конечно, непревзойденной. Здесь она возвращает свою десятую. Затем бревно. Перед ним я вспоминала Рим, раскаленный шесть лет назад, и одно мгновение, что лишило Тамару Манину надежд на звание чемпионки мира, и ее недоуменное лицо. Да, все это было, было давно. А теперь - вперед. И, как всегда, не думать об оценке, не думать об опасности, не думать о соперницах. Думать о том, как лучше выступить, показав все, что ты умеешь, одухотворив умение чувством.

А вот после снаряда эмоции эмоциями, а борьба борьбой. Практический язык - 9,7. Я знала, что это высокая оценка. Соня получила вслед за мной 9,66. Если бы Полина получила оценку, равную моей, я не смогла бы догнать ее; если равную Сониной - перед последним видом она опережала бы меня на одну десятую. Я верила, что смогу ее отыграть, - впереди вольные. Я говорю об этих двух оценках. Для большего нужно было идти на риск, как сделала утром Ева Босакова, получившая 9,766. Но Ева могла себе позволить риск; она не претендовала на абсолютное первенство, упражнения на бревне были единственным ее шансом на медаль. Полина же думала о другой медали, и, когда борьба обострилась, она, видимо, чуть дрогнула. Чуть-чуть. И это стоило ей многого.

Такое же или почти такое же "чуть-чуть" помешало ей бороться за звание абсолютной чемпионки Европы в 1959 году. Через много лет в острой борьбе с Наташей Кучинской из-за этого же она уступила ей звание абсолютной чемпионки СССР. Все это происходило в том же упражнении в равновесии на гимнастическом бревне. Да, это упражнение проверяет не только ваше координационное, двигательное равновесие, но и равновесие вашей нервной системы, готовность к борьбе. Мне ли не помнить это, если за два года до Рима на первенстве мира я в секунду потеряла на этом снаряде возможность бороться за медаль. И у Полины не хватило полного равновесия. Она упала и выбыла с оценкой 8,733 из борьбы за первенство...

Полторы минуты музыки, так же как и девяносто секунд движений, наверное, мало для того, чтобы оставить очень глубокое впечатление. И все же, слитые вместе, они могут многое сказать. В эти мгновения все зависит от вас. Не думайте о том, как пройти диагональ и выйти в стойку, не тратьте последние минуты на то, чтобы повторить фляки. Думайте об одном - как лучше донести все, что вы хотите сказать, своими движениями, чему служит каждое из них. Тогда, в Риме, я знала это. Мне очень хотелось, чтобы эти вольные стали событием не только для меня. Я начала и кончила их на одном дыхании. Пожалуй, впервые в жизни я придирчиво вслушивалась в шум аплодисментов. И еще до оценки судей - 9,9 - знала: я выполнила то, что задумала.

А вот и итоги абсолютного первенства: я - первая, Соня Муратова - вторая, Полина - третья, Рита Николаева - четвертая, Лида Иванова - седьмая. Нулевая оценка на бревне далеко отбросила Тамару Люхину, но и она получает золотую медаль за командную победу. Командой мы выиграли у чешских девушек почти девять баллов, и день финалов был нашим днем".

"Советские гимнастки, - писал Джанни Родари в "Паэзе сера", - дали по телевидению самое прекрасное представление об Олимпийских играх. Мы никогда не видели ничего прекраснее этого спектакля красоты, грации и гармонии..."

На Олимпиаду-64 сборная СССР поехала в сильно обновленном составе. Уже в последние дни перед отлетом в Токио руководство сборной решило перевести в запас Софью Муратову. Мотивировало это тем, что она уже не молода. Однако какое значение имел возраст, если Соня выступала по-прежнему уверенно?

На олимпийский помост вышли два новичка: Е. Волчецкая, Л. Громова. Команду нашу изрядно лихорадило. Тем дороже было командное первенство, одержанное в сложной борьбе.

Увы, прошло время, когда борьба за первенство считалась внутренним делом советских гимнасток. Бороться же с соперницей тандемом было бесполезно. Как мыслит Латынина, тренеры должны были сделать ставку на одну гимнастку: либо на нее, либо на Астахову. Тогда был реальный шанс завоевать медаль абсолютной чемпионки. Ведь и при той расстановке сил, что была принята, наши проиграли немного.

Еще в 1963 году Латыниной удалось выиграть у Чаславской предолимпийские состязания в рамках открытого чемпионата Японии. Но... Лариса выступила ровно, почти так же, как в Риме: брусья - второе место, бревно - второе, прыжок - третье, вольные - первое. Успешно, ровно, но не хватило блеска, внешнего эффекта, того, чем всегда должен обладать настоящий чемпион.

Однако Латынина просто не имела права закончить олимпийский путь поражением. И как всегда блестяще она исполнила свои любимые вольные. В Токио Лариса Латынина была последний раз капитаном советской гимнастической сборной - победительницы Олимпиады. Но она оставалась в команде еще несколько лет, выходила на помост рядом с новичками, проигрывала им, безропотно исполняя вторые роли в спектакле, где в течение стольких сезонов блистала солисткой - учила девочек побеждать.

В декабре 64-го она плакала, стоя на второй ступени пьедестала почета рядом с никому до той поры не известными гимнастками - Ларисой Петрик и Наташей Кучинской, пятнадцатилетними девочками, впервые победившими на большом помосте. Латынина тогда сказала: "Для того чтобы выиграть у Петрик, мне нужно было прибавить всего 0,15 балла. Или отнять 15 лет... Рядом с этими девочками я почувствовала себя бабушкой советской гимнастики..."

Латынина признавалась, что не любит тренироваться. Говорила, что не любит всего того, что лишь предшествует гимнастике, но само по себе гимнастикой не является. Она любила выступать. Наверное, многие известные спортсмены думают так же. Но лишь Латынина признавалась в этом, говорила во всеуслышанье. У нее такой трудный характер - думать и говорить, не кривя душой. И это, в конце концов, всегда помогало ей утвердиться в безошибочности выбора, помогало творчески анализировать каждый свой шаг на пути к намеченной цели.

Латынина стала старшим тренером женской сборной СССР и была им в течение целых десяти лет. Под ее руководством наша команда трижды выигрывала в 1968, 1972, 1976 годах олимпийские медали золотой чеканки. Пять лет входила в Организационный комитет "Олимпиада-80", затем отвечала за развитие гимнастики в Спорткомитете Москвы.

Сегодня на своей даче - возле знаменитого памятника архитектуры XVIII века "Отрада" в Семеновском над рекой Лопасней - Лариса Семеновна развела большое фермерское хозяйство: кроликов, свиней, овечек... "С детства я очень любила домашних животных, - говорит Лариса Семеновна. - Но жизнь так сложилась, что я всегда была далека от них. А сейчас я пенсионерка, и когда появилась возможность завести это хозяйство, я с удовольствием воспользовалась случаем. А потом, это ведь не баловство. Продукты животноводства совсем не лишние в наше время.

Всю жизнь, пока я выступала, тренировала, пока ездила на сборы и соревнования, своим домом, квартирой мне некогда было заниматься. И вот сейчас я с таким удовольствием исполняю свои чисто женские обязанности. Готовлю, жду с работы Юру - это мой муж. Господь послал мне замечательного человека, с ним я испытываю настоящее женское счастье. Рядом со мной любимый и любящий человек, совсем недалеко от нас живет моя дочь с двумя внуками. Я с удовольствием помогаю им: готовлю, убираю, глажу. Мне нисколечко не в тягость. Наоборот, от этого я испытываю какое-то наслаждение. Так что, как видите, жизнь на пенсии тоже может быть счастливой."

Другие статьи наших энциклопедий по этой теме:
Короткая ссылка на новость: http://federacia.ru/~ArhjQ


Купить антикварные книги






















Вечерниее и коктейльные платья: выбери себе подарок!

     RSS-подписка на новости

Мы навсегда решили для вас проблему выбора подарков - посетите наш уникальный магазин антикварных книг



История России, крупные города России, русская литература, русское искусство, Конституция и законы Российской Федерации
самые свежие новости из столицы и российских городов - все это информационно-новостной портал "Федерация.Ру".
Перепечатка и цитирование материалов приветствуется при постановке активной ссылки на источник.
Контакты редакции: +7 (495) 725-89-27, info@adelanta.info