Все, что тебе нужно знать о платьях!
Проект / Авторы / Фотогалереи / Добро / Энциклопедия о России / История России / Русская литература

Богатые не работают за деньги - они достаточно умны, чтобы понимать, что деньги стоят все меньше и меньше. Роберт Кийосаки


Этих книг нет в магазинах!

Недорого купить антикварные книги

Чулки и колготки из Англии

Учеба и образование в Англии

  


Яндекс.Погода

Николай Семенович Зимятов

(родился в 1955 году)

Четырехкратный олимпийский чемпион в лыжных гонках. В 1980 году победил на дистанциях тридцать и пятьдесят километров, а также в составе сборной СССР в эстафете 4 х 10 километров. В 1984 году выиграл дистанцию тридцать километров. На Олимпиаде-84 стал серебряным призером в составе сборной СССР в эстафете 4 х 10 километров. Серебряный призер чемпионата мира в Лахти (1978 год).


Зимятов стал трехкратным олимпийским чемпионом в двадцать четыре года. До него в истории лыжного спорта никому еще не удавалось выиграть три золотые медали на одной Олимпиаде. Зимятов же за двенадцать февральских дней в Сараево совершил то, чего корифеи достигали в течение всей своей спортивной карьеры.

Николай Зимятов родился 28 июня 1955 года. Мальчишкой Зимятов бредил хоккеем, хотя неплохо играл и в футбол. Отец Николая Семен Михайлович - замечательный мастер-стеклодув - смотрел на увлечение сына снисходительно. Какой же нормальный мальчишка не гоняет летом мяч, а зимой шайбу? Но мать Анна Петровна - учительница начальных классов - беспокоилась: не ушибся бы, не сломал бы чего, не простудился бы - болел Зимятов частенько. Потому Анна Петровна настояла на том, чтобы Коля поступил в местную музыкальную школу в класс баяна. Позднее Зимятов признался: "День, когда я расстался с музыкальной школой, стал для меня самым радостным".

 

К тому времени Зимятов, как и многие ребята из Румянцева, ходил в Головине на лыжные тренировки к Алексею Ивановичу Холостову. Пути тренера и ученика, пути Холостова и Зимятова пересеклись в 1969 году. А перед этим, четырьмя годами раньше, учителю физкультуры Ново-Петровской средней школы номер один мастеру спорта по лыжам Холостову предложили возглавить спортшколу, которой... не существовало. Холостов согласился, он давно мечтал о том, чтобы тренировать мальчишек (позже в школу пришли и девочки). Он согласился и создал школу на пустом месте. Не было помещения, не было инвентаря, освещенных трасс... Словом, было только желание. И благодаря подвижничеству Холостова школа окрепла, обрела силу, пошла в рост.

Личность тренера... Нередко для подростков она значит больше, чем авторитет родителей. Холостов оказался именно таким тренером. В сорок, например, лет он выполнил норматив мастера спорта по лыжам - случай редчайший: нужно иметь и великое упорство, и приложить немалый труд. Выполнил Холостов норматив не ради престижа и не ради значка, а единственно для того, чтобы утвердить в глазах ребят девиз: "Кто хочет, тот добьется!"

И именно Холостов, отстаивая во взаимоотношениях ребят принципы - справедливость, верность, честь, - сам неукоснительно следовал этим принципам во всех случаях жизни. Стоит ли после этого говорить о том, что подавляющее большинство воспитанников Алексея Ивановича старались походить на своего тренера, мечтали поступить в институт физкультуры.

Именно Холостов открыл в Зимятове талант лыжника. В высоком, худеньком, не очень-то крепкого здоровья подростке он разглядел и выносливость, и упрямство, и целеустремленность - качества, без которых не бывает хорошего гонщика. И потянулись дни и месяцы тренировок: кроссы, имитация, лыжероллеры, занятия на силовом круге в лесу (кстати, спустя год после этих занятий Зимятов уже 50 раз отжимался в упоре и 16 раз подтягивался на перекладине). И после каждой тренировки обязательно - физический труд: расчищали и строили трассу, строили раздевалки, восстановительный центр. Зимятов окреп, лучше других ребят овладел техникой, но Холостов, памятуя о его здоровье, не спешил увеличивать объемы тренировок - он двигался от этапа к этапу осторожно, осмотрительно, постепенно. Именно тогда, после первого года занятий, Холостов сказал Зимятову одобрительно: "Ты ничего мальчик, только болеешь много. Надо, брат, закаливаться". И Коля Зимятов стал обливаться холодной водой, купаться с начала лета и до глубокой осени.

Зимятов не был фанатиком, нет. Его хватало и на учебу, и на танцы, и на прогулки с девушкой. Просто его жизнь была насыщенней, чем у множества его сверстников. И была цель, которая помогала ему успевать во всем. Спорт воспитал в Зимятове мужество и стойкость, упорство и настойчивость. И умение терпеть - одно из самых главных человеческих умений.

Поначалу, как вспоминал тренер, Николай ничем не выделялся и на чемпионат Московской области в 1970 году поехал запасным. Однако случилось так, что первый номер заболел, и пришлось бежать Николаю Зимятову. Тогда он занял третье место, и Холостов поверил в то, что это только предтеча побед. Восхождение Зимятова было достаточно ровным, без особых срывов, но отнюдь не легким.

В 1972 году на чемпионате СССР среди юношей в Сыктывкаре Николай занял третье место. В душе, разумеется, ликовал. И все же Холостов, представьте, огорчился. Он очень опасался, как бы Зимятова не включили в молодежную сборную, где нагрузки сразу бы возросли на несколько порядков, а такой необходимый для Зимятова тонкий педагогический момент - индивидуальный подход - вряд ли нашел бы место. К счастью - Холостов считал, что именно к счастью, - Зимятова в сборную не взяли, и у них двоих осталась возможность еще год поработать спокойно, серьезно, а основное, не форсируя нагрузок. И наступит в этой работе момент - Зимятов к тому времени станет чемпионом страны среди юниоров (1973 год), а год спустя на чемпионате Европы завоюет серебряную награду и будет включен в состав молодежной сборной команды страны, - когда Холостов произнесет печальную, но великую для каждого настоящего тренера фразу: "Как тренер я тебе ничего больше дать не могу". Он, конечно, схитрил - Холостов. Он понимал, что наставником сборной не может стать каждый, подготовивший для нее талантливого спортсмена. Он - Холостов - сделал свое дело: воспитал способного лыжника, передал его в команду. И теперь он не хотел - в интересах же Зимятова не имел права - допускать, чтобы его авторитет - авторитет первого наставника - заслонял авторитет тренеров сборной команды... Что же касается их дальнейших взаимоотношений - тренера и ученика, - то все теперь зависело от того, сколько он - Холостов - вложил полезного и доброго в душу и сердце Зимятова. Алексей Иванович знал, что вложил много, и знал, что семена упали на благодатную почву, а потому верил, что его отношения с Зимятовым не прекратятся.

Холостов и здесь оказался прав. Холостов останется для Зимятова и первым наставником, и старшим другом. И всякий раз, возвращаясь из дальних турне, он будет приезжать к Холостову за советом и станет утрясать с ним планы на год, полученные в сборной. И Холостов эдак ненавязчиво, но настоит на том, докажет, чтобы Зимятов выполнял объемы работы на 15-20 процентов меньше.

В 1978 году Николай стал серебряным призером чемпионата мира в финском городе Лахти. На XIII зимние Олимпийские игры в Лейк-Плэсид Николай приехал вторым номером сборной. Он был дебютантом и в спортивном мире его знали не очень хорошо, потому медаль в Лахти расценивали как случайность. Но в Зимятова верили, и, может быть, больше всех его друг Василий Рочев. Когда тренеры предложили им выбирать, кто побежит "тридцатку" в четвертой, сильнейшей, группе, Рочев тут же назвал Зимятова.

Спать он лег позже обычного, чтобы сразу заснуть, и спал крепко, без сновидений. Проснулся от холода - за ночь комната выстыла, и даже одеяло не спасало. А потом пошла гонка. Утром пошел-повалил густой мокрый снег. Трудно было придумать худшую для ребят погоду. Наши лыжники привыкли и любят бегать в мороз, по жесткой, едва ли не ледяной лыжне. И кого-то погода, несомненно, выбила из колеи. Но только не Зимятова. Он по натуре терпелив и не расходует нервы по пустякам.

Наши тренеры долго колдовали с мазями, укрывшись от посторонних, чересчур любопытных глаз в маленьком домике. Так, впрочем, делали в каждой команде. Колдовали не зря - в мазь попали стопроцентно, что очень трудно при такой лыжне. Скольжение было хорошим, лыжи "не простреливали".

Стоя на старте, дожидаясь своей очереди, Николай Зимятов физически ощутил выражение "коленки подгибаются", он сильно волновался в тот момент. И все же боялся, волновался он лишь первые полкилометра, а потом, когда вошел в ритм, вработался, успокоился и бежал, как на обычных соревнованиях.

Задача тренерами Зимятову была поставлена нехитрая: он должен постоянно, от километра к километру, наращивать темп, заставляя идти Мието, Бро и других возможных претендентов на большом, как говорят лыжники, кислородном долге. Он с этой задачей справился, его хватило. После десятого километра Зимятов стал лидером и до финиша не пропустил вперед уже никого.

Вот так лыжник из доселе неизвестного или малоизвестного поселка Румянцеве завоевал свою первую в жизни золотую олимпийскую медаль и первую медаль Лейк-Плэсида всей нашей команды. Затем Николаю не хватило до медали пяти секунд на пятнадцати километрах. Вторую золотую медаль он выиграл в составе сборной СССР в эстафете 4 х 10 километров. Впереди был марафон, дистанция, требующая от лыжника сверхмаксимального напряжения сил, проверяющая каждого, кто ее бежит, на спортивную, да и человеческую зрелость.

Уж эту дистанцию скандинавы ни за что не хотели уступать: на Олимпиадах марафон наши у них ни разу не выигрывали. Надо было еще учесть, что для финна Юхи Мието марафон виделся последним шансом завоевать золотую олимпийскую медаль. Зимятов стартовал под сорок первым номером, Мието - так решил жребий - под тридцать восьмым.

- Пока идешь "полтинник", - рассказывал Зимятов, - всю жизнь свою успеешь вспомнить, долгая это дистанция. И тяжелая. Когда уж совсем невмоготу становилось, я себя уговаривал, как мать, кормящая ребенка: "Вот эти сто метров за дядю Петю, этот подъем за сестер, за племянника Алешку..." Временами он выключался, как будто терял сознание. Все вокруг становилось неразличимым: деревья вдоль его длинной дороги, фигуры болельщиков, голоса тренеров. Он знал только одно, что отдаст все, все силы и нервы, всю спортивную злость - выложится до донышка. "Коля будет бороться за победу, даже когда нет, кажется, никаких шансов", - эти слова принадлежат его товарищу по сборной олимпийскому чемпиону Сергею Савельеву.

Мието он догнал на третьем круге марафона и, скользя рядом, по параллельной лыжне, глухо выдохнул по-немецки и по-русски: "Ком! Пойдем со мной!" Огромный бородатый финн, лыжные палки в руках которого казались спичками, приглашение принял и прочно "сел" Коле на пятки. Наших тренеров это, понятно, не обрадовало - в марафоне настоящая борьба начинается где-то после сорок пятого километра, и тут всякое может случиться.

Когда Коля с Мието пошли четвертый круг (каждый по 12,5 километра), Холостов понял: "Или сейчас, или..." - и закричал: "Коля! Отрывайся, отрывайся на подъеме!" Зимятов тяжело мотнул головой: мол, понял, - и выиграл у Мието на этом подъеме десять метров - побежал, сильно толкаясь палками, будто и не было за плечами сорока с лишним километров упорной гонки. После этого финн "встал". Нет, он еще торопился, пробовал что-то сделать, но уже на золото не рассчитывал. "Золото" было наше. Холостов будто застыл, окаменел, пока его не привел в чувство чей-то крик: "Что ты стоишь?! Зимятов третье "золото" взял!"

И Алексей Иванович побежал, проваливаясь в мягкий снег, неловко перепрыгивая через ограды. На финише его обнял один из тренеров сборной: "Ну, спасибо, Иваныч! Какого парня вырастил!" А трехкратный олимпийский чемпион стоял и улыбался ныне известной всему спортивному миру смущенной улыбкой. В этот момент он не чувствовал никакой радости, только огромную усталость.

Кто мог предположить, что Николай Зимятов после Лейк-Плэсида вдруг неожиданно и надолго исчезнет с лыжного горизонта, посеяв множество догадок и недоуменных вопросов и среди своих почитателей, и среди тренеров сборной команды страны.

Впрочем, Зимятов еще выиграет одну гонку - в начале марта 1980 года, в Красноярске, на чемпионате страны. Первая же гонка - любимая Николаем "тридцатка" - собрала в Березовой роще невиданное количество зрителей. Казалось, весь Красноярск пришел на лыжню, пришел "на Зимятова", как приходят в театр на любимого актера. Зимятов понял это. И еще он понял, что не может, не имеет права разочаровывать своих поклонников, обмануть их ожидания. К тому времени Зимятов, как говорят лыжники, уже просто катался, отходил от нагрузок. И, напротив, те, кто не попал в. олимпийскую сборную - тоже сильные лыжники, - готовились к чемпионату специально, пребывали в "пике" формы и жаждали хотя и бессмысленного, хотя и запоздалого, но все-таки реванша.
Неизвестно чего стоила Зимятову та гонка, какого напряжения сил, однако он провел ее с блеском, на одном дыхании, и выиграл с солидным запасом, как и подобает трехкратному олимпийскому чемпиону. В тот день он словно убеждал красноярцев: "Вы хотели знать, настоящий ли я чемпион? Видите - настоящий. И побеждать для меня естественно и просто".

Кто знал, что та его победа в Красноярске была последней. Хотя первое время после Лейк-Плэсида и даже год спустя о Зимятове еще говорили и писали. Журналисты в отчетах о соревнованиях обязательно, как бы из вежливости, упоминали: "В гонке выступил и трехкратный олимпийский чемпион. К сожалению, он все еще далек от лучшей формы и занял..." Называлось место во втором или в третьем десятке. И первое время, и год спустя журналисты еще задавали тренерам вопросы: мол, что происходит с Зимятовым, войдет ли он в строй, увидим ли мы его победный бег?.. И тренеры сначала заверяли: да, да, конечно... Конечно, войдет, конечно, увидим... И все же заверения эти звучали все реже и реже - оптимизм таял. Через год после Олимпиады Николай Зимятов крайне неудачно выступил на зимней Спартакиаде дружественных армий, еще год спустя не попал в состав команды, которая отправлялась на чемпионат мира в Холменколлен... И о нем практически забыли. Собственно, и не могло быть иначе: новые "звезды" заставили говорить о себе - Александр Завьялов, Юрий Бурлаков, целая плеяда совсем молодых гонщиков...

После Лейк-Плэсида, через два и тем более через три года, всем казалось, что Николай Зимятов исчерпал себя. На слете кандидатов в олимпийскую команду в Севастополе Борис Быстров - тренер мужской сборной страны - на вопрос: есть ли у Зимятова шансы попасть в составе команды на Игры в Сараево? Твердо ответил: "Нет!" Потом объяснил: "Лейк-Плэсид, огромный успех, выступления перед студентами, выступления перед рабочими, поздравления, повышенное внимание... Как это вы, журналисты, называете? Бремя славы... Не все выдерживают. И Зимятов в какой-то момент не устоял. Запустил тренировки. Потом понял - надо наверстывать упущенное: товарищи-то по сборной ушли далеко вперед. Навалился - и тут же переборщил, заболел - здоровье у него всегда было не ахти. Отстал еще больше. А сейчас, сами видите, догнать невозможно. Ребята у нас в сборной молодые, талантливые. Чудес не бывает..."

Однако Зимятов и его тренер думали иначе. Холостов прекрасно понимал, что здоровье не позволит Зимятову провести гонку на высоком соревновательном уровне. Если вновь делать ставку на олимпийскую победу, то выход был только один: снизить нагрузки, на какой-то период уйти в тень. Зимятов перешел в ЦСКА, перебрался в Москву. Окончил Институт физкультуры, мечтая о будущей профессии тренера. Женился на Любови Зыковой, тоже прекрасной лыжнице, и у них появилась дочка Катя.

И все же все три года, минувшие после Лейк-Плэсида, Николай Зимятов тренировался достаточно много, хотя и не так интенсивно, как коллеги по сборной. Зимятов в Сараево окажется лучшим среди наших лыжников, единственным, кто сможет завоевать золотую награду. А стало быть, прав он с точки зрения науки или нет, но то, что для себя Зимятов избрал самый оптимальный вариант поведения на пути от Олимпиады к Олимпиаде, - это точно.

Однако его поездка на Олимпиаду была под вопросом. Колесо тренерского неверия в Зимятова вертелось полным ходом. Хотя, как и обещал Быстров, на все подготовительные сборы его взяли, но в самом начале олимпийской зимы отправили в соревновательное турне за рубеж.

Пожалуй, со времен Олимпиады в Саппоро в нашем лыжном спорте укоренилась традиция - готовиться к Олимпиадам и чемпионатам мира в своих стенах, дома. Но как составить в таком случае представление о соотношении сил между нашими спортсменами и соперниками? Очень просто. Двух-трех лыжников из второго эшелона - эдаких разведчиков - отправляют на международные соревнования. Потом сопоставляют, анализируют результаты тех соревнований с результатами соревнований внутренних и в общем-то получают какую-то более или менее реальную картину. Вот так в качестве лазутчиков отправились в начале олимпийской зимы в Давос Николай Зимятов и Владимир Сахнов.

И вот - сенсация! Первая в олимпийском сезоне: Зимятов после трех лет упорного молчания выигрывает 15-километровую дистанцию! Случайность? Буквально через несколько дней в Рамзау Зимятов выигрывает вторую гонку - вновь "пятнашку". Было чему удивляться, о чем говорить, над чем размышлять! Кубок СССР в Сыктывкаре, дистанция 30 километров Зимятов выигрывает. Контрольные соревнования для членов сборной - выигрывает. Серия стартов на Урале - выигрывает... Он поднимается все выше и выше. И вот уже все шумят о загадочном возвращении Зимятова...

10 февраля 1984 года в Сараево, на плато Игман - день тридцатикилометровой олимпийской гонки. Дул порывистый ветер, не переставая ни на секунду, валил мягкий снег. Плохая погода. Однако то был хороший признак, ибо известна способность Зимятова лучше других приноравливаться к самым каверзным условиям: к туману, к гололеду, к дождю...

Как и в Лейк-Плэсиде, Николай Зимятов стартовал одним из последних. Как и в Лейк-Плэсиде, он начал спокойно, чувствуя, что в любой момент может прибавить. И по мере того как раскручивалась гонка, неотвратимо вырастало и его преимущество: в 10 секунд, в 20, в 30... Никто не смог устоять перед этим неотвратимым натиском: ни восходящая "звезда" шведского лыжного спорта Гунде Сван, ни ветеран Томас Вассберг, ни все вместе взятые норвежцы - опасные и сильные.

И вот финиш. Победный финиш. Еще не одолев черту, Зимятов бросает взгляд на электронное табло. Еще бегут строчки. Но уже ясно: через мгновенье они замрут, обозначив лучшее время - 1 час 28 минут 56 секунд... Четыре года назад, снискав лавры "лыжного короля" в Лейк-Плэсиде, он неожиданно и надолго ушел в тень. Ушел, чтобы вернуться. Вернуться "по-королевски".

Другие статьи наших энциклопедий по этой теме:
Короткая ссылка на новость: http://federacia.ru/~Kcxr8


Уникальная возможность купить старинные книги недорого






















Вечерниее и коктейльные платья: выбери себе подарок!

     RSS-подписка на новости

Мы навсегда решили для вас проблему выбора подарков - посетите наш уникальный магазин антикварных книг



История России, крупные города России, русская литература, русское искусство, Конституция и законы Российской Федерации
самые свежие новости из столицы и российских городов - все это информационно-новостной портал "Федерация.Ру".
Перепечатка и цитирование материалов приветствуется при постановке активной ссылки на источник.
Контакты редакции: +7 (495) 725-89-27, info@adelanta.info